Гал Гадот рассказала о Чудо-женщине, феминизме и личной жизни — интервью Rolling Stone

Гал Гадот о становлении Чудо-Женщиной – величайшей супергероиней года.

Американский журнал «Rolling Stone», на обложке сентябрьского выпуска которого появилась Гал, не только опубликовал несколько новых фотографий актрисы, но и поделился объемным интервью. Помимо стандартных рассказов об участии в конкурсах красоты и о процессе прослушивания на роль Чудо-Женщины, репортер издания спросила у Гадот о знакомстве с ее мужем и трагическом прошлом ее дедушки, а также уделила отдельную часть интервью разговорам о феминизме.

Сама Чудо-Женщина собирается благословить моего еще не рожденного ребенка. «Можно?» – спрашивает она, прежде чем прикоснуться своими длинными пальцами к моему животу. Ее рука – теплая и материнская. Она приковала к себе мой взгляд. «Девочка или мальчик?» – спрашивает она. «Девочка», – отвечаю я. Она широко улыбается. «Быть женщиной – большая сила», – говорит она. «Во всех смыслах».

К удивлению, это не сон; это ланч в ресторане «Chateau Marmont». Гал Гадот пришла, чтобы поговорить о взлете от почти неизвестности к легендарности, к мировому символу добра, силы в виде первого полнометражного фильма о Чудо-Женщине. Но трудно не заметить черты супергероини в ней самой. Не упоминая, что она встала в пять утра с четырехмесячным ребенком («Это выматывает, но все равно потрясающе»), вживую ее аура витает между Матерью Землей и Гламазонкой. Ее достойный Бонда акцент скрыт в дымке голоса. Ее исполнение Чудо-Женщины не только показывает героиню с крутой стороны, но и олицетворяет ее как персонажа, который может дать отпор женоненавиствеческой эпохе Трампа – это доказывают сообщения о частых случаях, когда женщины открыто плакали в кинотеатрах, наблюдая за ней на экране. Хоть и большинство еще не знает, как правильно произносить ее фамилию («Гадот», а не «Гадоу»), Гадот абсолютно не беспокоят подобные проблемы. «Я люблю спокойную и гармоничную атмосферу», – говорит она. А позже добавляет: «Следует найти гармонию с собой». В ее присутствии это не только возможно, но и очень вероятно.

Что доказывает то, как она отнеслась к сообщениям скептиков о том, что Чудо-Женщину, сокровище нации (по версии Смитсоновского института она входит в «101 вещь, которая сотворила Америку»), играет Израильтянка: «Боже мой, вы серьезно?» (Фильм был запрещен в некоторых Арабских странах по этой же причине). Или как присекла разговоры в сети о размере своего бюста ответом о том, что в противопоставление пышным пропорциям у Чудо-Женщины, смотря на ситуацию с исторической точки зрения, вообще не должно быть одной груди.

«Я сказала им: «Послушайте, если хотите поговорить о приближенному к реальности варианту, то Амазонки имели лишь одну грудь. Только одну. Так о чем разговор? О моей маленькой груди и заднице? Ведь это играет огромную роль».

Или то, как она боролась с холодным Лондоном, снимаясь по 12 часов в день шесть дней в неделю в трико и железных браслетах. Или, самое важное, как она справилась с досъемками Чудо-Женщины и других проектов DC, будучи беременной своим вторым ребенком, к черту токсикоз. «Мы прорезали дыру в костюме и вставили в районе живота зеленый экран», – говорит она. «Это безумно смешно – Чудо-Женщина с пузиком». 

В действительности, пузико Гадот стало не единственной проблемой в рамках работы над «Лигой Справедливости». После семейной трагедии режиссер Зак Снайдер отошел от своих обязанностей, передав свое кресло Джоссу Видону, известному по «Мстителям», и слухи о значительных изменениях были подтверждены, когда Бен Аффлек описал результат как «интересный продукт двух режиссеров». Но Гадот не поддается дискуссии.

«Послушайте, Джосс, как я понимаю, был выбран Заком для завершения съемок фильма. Атмосфера фильма не может быть глобально изменена, ведь он был уже снят. Джосс просто немного подкорректировал».

Врожденная невозмутимость Гадот не только помогла «Чудо-Женщине» превзойти самые высокие ожидания, но и фактически в одиночку спасла вселенную DC. На данный момент в кассе фильма $400 миллионов на внутреннем рынке и почти $800 миллионов в мировом прокате. Проект признан первым фильмом с женщиной-режиссером, собравшим такую кассу. Иными словами, фильм надрал всем задницу в стиле Чудо-Женщины. «Это лишь доказывает, что мир был готов к картине о Женщине-супергерое», – говорит Гадот. Даже если на тот момент мир готов не был, Гал убедилась, что сейчас дела обстоят именно так.

Получение главной роли в популярной франшизе – невероятная удача для любого молодого актера. «Когда ты только начинаешь, ты рад возможности работать», – говорит Гадот. «Так было и со мной». Но Чудо-Женщина – это не просто главная роль. Получив роль, Гадот обратилась к архивам Warner Bros., читая оригинальные комиксы, и в скором узнала, что Чудо-Женщина была идеей Уильяма Марстона, психолога, который не только помог в изобретении детектора лжи и состоял в полиаморальных отношениях со своей женой (с которой познакомился в средней школе) и девушкой (которая была его студенткой), от обеих из которых имел по двое детей (четверых в целом). Но также он верил в то, что женщины не только равны мужчинам, но возможно даже превосходят их. «К счастью, Чудо-Женщина – это психологическая пропаганда нового типа женщин, которые должны, как я считаю, править миром», – фраза из книги Джилл Лепор «The Secret History of Wonder Woman». Как обращает внимание Лепор, «в первой истории Чудо-Женщина появляется в США, чтобы бороться за права женщин, потому что это последняя крепость для возможности борьбы за права женщин».

Ничего из этого не было упущено Гадот.

«Люди спрашивают меня: «Ты феминистка?», и меня этот вопрос весьма удивляет. Потому что я считаю, «конечно, каждая женщина и каждый мужчина должны быть феминистами. Потому что те, кто не феминисты – сексисты».

Она говорит, что ее и младшую сестру учили «верить в свои способности и ценить самих себя», когда они росли в Рош Ха-Ине, маленьком городе в центре Израиля, где их отец работал инженером, а мать – учителем. «Меня очень сильно оберегали в детстве», – говорит Гадот. «Я не смотрела телевизор, мне говорили «возьми мячик и иди играть». И это ее устраивало. «В целом, я была хорошим ребенком, хорошим учеником, покладистой девочкой, но я была сорванцом. Всегда с ранами и царапинами на коленях».

Несмотря на это, когда Гадот предложили работу модели, она отказалась, выбрав работу в Бургер Кинг«Я думала: «Позировать за деньги? Это не мое». Но месяцами позже у нее появилось свободное время между завершением обучения и отправлением на два года в израильскую армию, тогда ее мама и подруга подали за нее заявление на участие в конкурсе красоты Мисс Израиль. Когда она узнала, что ее допустили до конкурса, подумала: «Я сказала себе: «я сделаю это. Нас отвезут в Европу, а потом я буду рассказывать своим внукам, что их бабушка участвовала в конкурсе Мисс Израиль». Кто же знал, что я выиграю». Или что победа в конкурсе обеспечит ей участие в Мисс Вселенная («Забавно, когда я сейчас говорю об этом. Звучит так странно, словно было в другой жизни»), что привело ее в ужас. «Я знала, что не хочу побеждать в Мисс Вселенная. Это не для меня. Для 18-летней девушки это была слишком большая ответственность». Поэтому она решила намеренно проиграть конкурс, притворяясь, что не говорит по-английски и надевая не те наряды. Она не прошла в топ-20. «Я проиграла», – радостно заявила она. «Но проиграв, я выиграла».

Когда ее неожиданное царствование с титулом Мисс Израиль закончилось, ее назначили тренером в Израильскую армию, где каждый день в 5 утра она подвергала солдат жесткой тренировке. Во время службы в армии она встретила бизнесмена Ярона Версано на «вечеринке, посвященной чакре и бла, бла, бла», потом вышла за него замуж и отправилась учиться в юридический университет («Потому что я совсем не мыслю поверхностно, ведь мне нравилась Элли МакБил»), и хоть карьера, построенная на внешности, закончилась, когда кастинг-директор пригласил ее на прослушивание на роль девушки Бонда, «я сказала своему агенту: «о чем ты думаешь? Я учусь. Я не актриса. Я не пойду». А он ответил: «Прояви уважение и сходи на прослушивание». В итоге это прослушивание обеспечило ей роль в Форсаже, который привел к Чудо-Женщине. Однако первоначально, проходя прослушивание, ей даже не сказали, для какой это роли.

«Зак позвонил и спросил: «Ты знаешь, на какую роль рассматриваешься?». Я ответила, что нет, а он сказал: «Не уверен, что она популярна в Израиле, но ты слышала что-нибудь о Чудо-Женщине?».

Оказалось, что в Израиле ее знали, а Гадот мгновенно осознала возможность, которую она получает, как актриса и как феменистка. «Были моменты, когда я ощущала неподобающее поведение мужчин в сексистском контексте. Пренебрежительность. Жизнь не всегда была веселой и легкой для меня, как для женщины в таком мире». Даже после получения роли она боялась, что ее могут счесть слабой, поэтому не сразу сообщила коллегам по «Лиге Справедливости» о своей беременности. «Я не хотела излишнего внимания», – говорит она. «Цель в том, чтобы женщины выполняли свою работу – но это долгий процесс и много чего меняется, но все должны заниматься своим делом».

Не обделено вниманием и то, что Чудо-Женщина, кто, по словам Гадот, «борется за любовь, надежду, принятия и сражается со злом», вышла в 1941 году, когда Америка присоединилась ко Второй Мировой Войне. Хоть отец Гадот и житель Израиля в шестом поколении, ее бабушка сбежала из Европы до начала войны. А ее дедушке, кому было 13 лет, когда нацисты вторглись в его родную Чехословакию, повезло меньше. Его отец умер во время службы. А остальную часть семьи отправили в Аушвиц, где его мать и брат умерли в газовой камере. После войны он самостоятельно добрался до Израиля. «Всю его семью убили – это невероятно», – говорит Гадот. «Он оказал на меня большое влияние. После того ужаса, который ему пришлось пережить, он словно подбитая птица, но его всегда переполняла надежда, позитив и любовь. Если бы я росла в семье, где такого не было, все было бы совсем по-другому. Но мне было просто проникнуться всем, за что борется Чудо-Женщина».

И «Чудо-Женщина» стала историей, которую нужно рассказать Гадот. И она вместе с режиссером Пэтти Дженкинс до ужаса хотели сделать все правильно. «Это было трогательно, потому что мы были едины в своем желании создать нечто восхитительное, что заставило бы людей начать говорить о более важных проблемах», – говорит Дженкинс. Гадот пришлось тренироваться восемь месяцев, чтобы приобрести мышцы: «Силу сфальсифицировать не получится», но также она считала, что наиболее феменистичным подходом будет изображение Чудо-Женщины женственной. Сильной, благодаря тому, что она женщина.

«Я не хотела играть хладнокровного воина. Мы не хотели показать такое клише».

Вместо этого она вместе с Дженкинс долго и упорно думали, как женщина, выращенная другими женщинами, будет себя вести, когда попадет в мир, где правят мужчины.

В результате получился бесхитростный феменизм, который не кажется преднамеренным, потому что объединяет в себе все. «Мы не хотели показывать женоненавистничество в виде наставлений», – говорит Гадот. «Мы хотели удивить публику». Поэтому, когда Чудо-Женщину не пускают на заседание военного совета, она не теряется. Подобно этому, когда она видит ребенка на улицах Лондона, она не сдерживает умиления («Ох, ребенок!»). «Мы хотели добавить наивности», – говорит Гадот. «Будучи мамой двух девочек, я говорила: «Нам нужно больше наивности! Все слишком серьезны». В результате мы получаем олицетворение женщины, не страдающей от неуверенности в себе и не подвергающей вопросу свои импульсы, независимо от того, с каким полом ей приходится решать вопрос.

Чего ни Гадот, ни Дженкинс не могли предвидеть, так это того, какой отклик получат их тщательные обсуждения. «Даже на самых первых показах женщины подходили ко мне после просмотра и говорили: «Такое ощущение, что вы сняли фильм для меня», – говорит Дженкинс. «А уже на второй неделе пошел процесс. Люди приходили смотреть фильм по несколько раз, приводили с собой подруг, бабушек. Мне присылали фотографию 90-летней женщины, которую завели в зал на инвалидном кресле. Все это было невероятно наблюдать». Гадот соглашается. «Я считаю, что 75 лет – огромный срок для такого персонажа, чтобы оставаться без фильма, это безумие», – отзывается она об откликах о фильме, о показах для женщин, о школьниках-парнях, приходящих в класс под впечатлением от Чудо-Женщины, и о ее роли во всем этом.

Теперь, когда шумиха позади, а «Чудо-Женщина 2» вырисовывается на горизонте, Гадот использует свои силы, чтобы придерживаться стиля Джен. Она вместе с семьей недавно переехала в Лос-Анджелесе, где ее пятилетняя дочь пошла в школу. «Я должна забрать ее», – рассказывает Гадот про свои дневные планы. «А потом я вернусь домой к ребенку и проведу день в расслаблении». Возможно она даже приготовит ужин («Я люблю готовить итальянскую еду. Это просто»), включит музыку («Zero 7, потому что они отлично расслабляют») и будет наслаждаться«простыми моментами». Собираясь воплотить все это в жизнь, она встает и собирается уходить. Но останавливается на минуту. «Это будет отлично», – говорит она, смотря на мой живот. И именно в этот момент кажется, что все действительно будет чудесно.

Источник: Rolling Stone, Gal Gadot Daily